Только Бог простит Николаса Виндинг Рефна за его последние неоднозначные работы, в которых эстетическая красота превалирует над здравым смыслом, да в такой степени, что, как мне кажется, даже сам Всевышний иногда не понимает наитончайших иносказаний, используемых датским режиссером в своем киноязыке. Что говорить о малосведущих зрителях, у которых этот мертвый диалект давно уже не в обиходе, и различить хоть какой-то подтекст мы сможем, если только попросим повторить всю фразу заново целиком и помедленнее. Так было с предыдущим фильмом эксцентричного постановщика, когда после четвертого или пятого пересмотра со стоп-кадром и анализом каждой сцены начинаешь разбираться в поначалу непонятных иероглифах и узорах. И, возможно, так будет с новоявленным бьюти-хоррором “Неоновый демон”. Когда-нибудь. Вскоре. Но пока этот труд больше напоминает филькину грамоту, нежели филигранно составленный кинематографический учебник.

Неоновый демон

Неоновый демон
Режиссер
Николас Виндинг Рефн
Актеры
Эль Фаннинг, Карл Глусман, Джена Мэлоун, Белла Хиткот, Эбби Ли, Десмонд Хэррингтон, Кристина Хендрикс, Киану Ривз, Чарльз Бэйкер, Джеми Клейтон
Продюсер
Лене Берглум, Сидони Дюма, Венсан Мараваль
Премьера в РФ
28 июля 2016

Дело не в том, что десятая по счету лента, которая вышла на освещаемый подиум под пристальным вниманием всех модных экспертов, как-то не так прошлась, оступилась или не выдержала ту короткую паузу для статичных снимков профессиональных фотографов. С технической точки зрения фешенебельное шоу, которое устроил Виндинг Рефн для собравшейся публики, выглядит так, как и должно выглядеть высокое искусство, приподнятое на высоту дизайнерских шпилек, - высокопрофессионально. Этот профессионализм, без преувеличения, чувствуется в каждой детали: грамотно выставленные источники света в помещении; постоянная контрастность цветов, чтобы, например, персонажи не сливались с однотонным фоном; отцентрованная перспектива и постоянная симметрия статичных кадров. Разумеется, с помощью всех этих художественных приемов Рефн, сам того не скрывая, цитирует заслуженных “дизайнеров” от мира кино: Кубрика и Ходоровски, но при этом делает это настолько самобытно и неповторимо, что поймать его за руку и уличить в воровстве просто не получается.

Вот только если за созданной коллекцией сюрреалистических фильмов Алехандро Ходоровски кроются целые фундаментальные предания, написанные лично им не за один год, то за собранием эфемерных исповедей Рефна не кроется толком ничего сущностного. Банально “Неонового демона” можно сравнить с популярной топ-моделью, за красивой внешностью которой нет никакой душевной живописности. А ты, как очевидец ее успеха, уже сам для себя додумываешь: “что она из себя представляется”, “как далеко она может зайти” и “ для чего она вообще создавалась, как законченный проект”. Конечно же, по мнению создателя, его творение является завершенным и осмысленным и склоняет зрителя к итоговой разгадке всех нафантазированных метафор и олицетворений. Но проблема в том, что многие невразумительные сравнения, которые он, к слову, обильно использует ближе к развязке этого чарующего безумия, могут быть понятны лишь самому придумщику.

Нет, эпизодически получается уловить в некоторых моментах, например, “Черного лебедя” Даррена Аронофски или “Древо жизни” Терренса Малика. Особенно тогда, когда пятнадцатиминутные неспешные вставки заполняют собой пустующее двухчасовое пространство. И в этих вкраплениях, если что, нет никакой связи с основой сюжетной историей о восходящей юной модели, в то время как у Малика макросъемка нейронных биологических сетей, витающих облаков газа, ярко палящего солнца, восходящего над Землей, зародыша в тесной утробе, в конце концов, намекает на скорое рождение нового человека, от лица которого и ведется повествование. А меланхолические выступление не представленных артистов под умиротворяющую музыку композитора Клиффа Мартинеса и другие галлюциногенные зрелища не дают никакого, пусть и иносказательного, описания главной героини, сыгранной невинным олененком Эль Фаннинг.

“Танцевать я не умела, петь тоже. Зато была красивой и знала, как этим пользоваться” – именно так восемнадцатилетняя актриса Эль Фаннинг презентует свою невинную и девственную героиню Джесси, которой в дальнейшем предстоит полностью преобразиться в опасную и хладнокровную бестию. “Ты знаешь, как моя мать называла меня? Опасной. Ты опасная девочка”. По сути, этот экспрессионистский кошмар Виндинг Рефна можно невидимо разделить на две отличимые друг от друга части: вступительную, где Джесси еще только набирается опыта и доверяет всем и каждому, и заключительную, где она уже полностью осознала всю силу дарованной ей внешности и использует ее в своих интересах. А как иначе, когда в модельном бизнесе обитают только одни хищницы, готовые целиком сожрать тебя, если ты попадешься в их цепкие лапы.

И это даже не перефразированное по смыслу предложение, потому что дикая кошка на самом деле появляется в одной пренеприятной сцене. И вот тут у зрителя опять возникают сомнения, как воспринимать появившееся неприрученное животное: по-рефновски или без лишней зауми. Эти смешения ничем не примечательной реальности и расплывчатых фантазий постановщика никак не могут принять вид того изящного и тонкого произведения искусства, которое так тщательно пытается создать Рефн. Тут вроде бы вполне себе действительный персонаж Киану Ривза, портрет которого можно перерисовать на любого существующего вспыльчивого администратора мотеля, а через несколько минут два совершенно сказочных типажа (две уже опытные модели, сыгранные актрисами Эбби Ли и Беллой Хиткот), которых навряд ли встретишь на каких-нибудь Milan Fashion Week или Mercedes-Benz Fashion Week, потому что в гримерке они точно не занимаются каннибализмом или некрофилией.

Наверное, “Неоновый демон” получился бы более вменяемым и более рациональным, что ли, если бы сценаристы Мэри Лоус и Полли Стэнэм, во главе с Николасом Виндинг Рефном, разумеется, не заигрались бы так с совершенно неуместным в выбранном содержании ультранасилием. В “Только Бог простит” тематика мести вполне приемлемо включала в себя ту кровавость и беспощадность, с которой, например, Джулиан и полицейский Чанг проводили свой неравный поединок. А в “Драйве” продавливание черепа наемного киллера в тесном лифте очень даже сочетается с криминалистическим стилем этого нео-нуарного триллера. “Неоновый демон” – это, даже, наверное, какая-то небылица про ангельскую натуру, в которой пробуждается та самая бесовская личность, выведенная в название, и которой хотят стать (или которую хотят заполучить) другие менее успешные манекенщицы. Но нас не готовят к тому средневековому ужасу, напоминающем легенду о леди Батори, который просто льется в финале на всех причастных к этой истории. Если уж и снимать эстетичный хоррор, то не жалеть ярких красок по ходу всего действа, а так получилась лишь неоправданная жестокость, которая полностью столкнула с помоста и без того неустойчивую на каблуках ленту.

Оценка TenStars 5 из 10 Заурядно